Местное самоуправление к вопросу о диалектике развития территориальной общины часть 3

Представители государственного направлении рассматривают местное самоуправление как право территориальной общины решать часть государственных дел, хотя и в интересах местного населения. При этом они опираются на определение Европейской хартии местного самоуправления (правда, существует мнение, что более адекватным переводом «public affairs», о которых говорится в Хартии, является не «государственные», а «общественные», «общественные» дела ) .

В отличие от рассмотренных нами двух схем по определению сущности местного самоуправления, которые отличаются выразительным правовым подходом, третья схема имеет политологический характер. При этом заметим, что представители государственнической концепции, представленной преимущественно юристами, к ней почти не обращаются. Как отмечает Ю. Панейко, пожалуй, самый авторитетный украинский представитель государственного направления исследования природы местного самоуправления, «сконструювання дефиниции самоуправления с политической точки зрения является вещью невозможной», поскольку объективно определенным может быть только система местного самоуправления конкретного государства, а не местное самоуправление как таковое (хотя, по нашему мнению, данная позиция является достаточно дискуссионным).

Указанная схема акцентирует внимание на процессе реализации самоуправляющимися единицами своих интересов. В большинстве определений местного самоуправления в данном направлении ключевым является слово «деятельность». Правда, видение субъектов этой деятельности различными исследователями несколько отличается.

В отдельных случаях местное самоуправление рассматривается как «деятельность, реализуется человеком как ее естественная социальная претензия в одностороннем порядке независимо от ее правового предположения»; при этом государство с помощью правовых мер только упорядочивает «активность территориальных общин, без установки ее» .

В то же время В. Евдокимов и Я. Старцев, определяя местное самоуправление, акцентируют на деятельности местных выборных органов, основанный на собственном бюджете и законодательно закрепленных полномочиях .

Однако большинство исследователей субъектами самоуправляющейся деятельности называют территориальные общины и их органы. Так, Л. Яричевська определяет местное самоуправление как деятельность населения местной территориальной единицы и его выборных органов, направленная на управление собственными делами . Корифей советского (и российского) государственного права Г. Барабашев считает, что местное самоуправление является властью «местного населения в делах местного значения, осуществляется гражданами непосредственно и через выборные органы, в рамках закона, но без вмешательства государственной власти» .